Филолог по образованию, он случайно занялся графическим дизайном в 1999 году и с тех пор прошел путь от иконок для shareware-разработчиков до работы в американском издательстве.
Мы поговорили с ним о том, что такое коммуникационный дизайн, чем американский заказчик отличается от российского, почему «Вжух» — это гениальный нейминг, и как AI меняет профессию.
Вы учились на филфаке. Как филолог стал дизайнером?
Это всё генетика, от неё никуда не денешься. Мой дед был художником, папа — промышленным дизайнером. Я вырос среди книг по композиции, колористике, технической эстетике. Ребенка хлебом не корми — дай книжку с картинками.
А пришел в дизайн случайно: учился в аспирантуре, писал диссертацию, и параллельно рисовал в фотошопе «дизайн ради дизайна», как ранний Артемий Лебедев. Знакомые узнали и спросили: «Тут сайт для омской компании нужен». Я тогда даже HTML не знал, но решил попробовать — всё-таки хорошее дополнение к аспирантской зарплате. А потом понял, что мне это нравится гораздо больше карьеры преподавателя литературы, да и оплачивается лучше. Плюс чувствуешь, что получается, что это твое призвание. Выбор напрашивался сам.
Первым заказом был сайт для омского предприятия. Что дальше?
Дальше была шароварная тусовка (shareware). Те же ребята предложили сделать иконки. Получилось неплохо. А в shareware-тусовке все друг с другом общались, была конференция SWRUS, все варились в одном котле. Кто-то заметил наши иконки, попросил: «Дайте вашего дизайна». Мы сказали: «Дадим, но за деньги». И понеслось. В какой-то момент я снабжал иконками, сайтами, баннерами shareware-разработчиков со всей России.
Как вышли на иностранных клиентов?
В тусовке SWRUS были контакты с зарубежными коллегами, и кто-то предложил собраться в Москве. Создали некоммерческую организацию ISDEF. Задумывалось как встреча попить пива, но добавились доклады. Год от года конференция росла. Я перестал ездить в 2005-м, но тогда это уже был целый Holiday Inn под Москвой, куча российских и зарубежных участников. Там я со всеми и познакомился. В конце концов я ушел от партнеров в свободное плавание и до кризиса 2008-го существовал как фрилансер.
Отличается ли работа с продуктом, которым пользуются миллионы, от обычного заказа?
Надо понимать, что shareware — это не компании-гиганты. Тот же WinRar — это полтора человека: Женя Рошаль и чувак из Турции, который занимался дистрибуцией.
Если вашим софтом пользуются миллионы, за этим не обязательно стоит огромная компания. По ощущениям это обычный заказ. Разница в процессах.
Сейчас я работаю с большой компанией: всё зарегулировано, митинги, созвоны, согласования. А там тебе ставили задачу в ICQ, ты скидывал эскизы на email и вечером получал фидбэк. Гораздо быстрее и проще. В большой компании всё неповоротливо, дизайн проходит через жернова, темп замедлился.
Вы больше двадцати лет в дизайне. Какое самое разительное изменение за это время?
Самый большой удар случился, когда Apple отказалась от скевоморфизма в пользу флэт-дизайна. Когда впервые появился iPhone, иконки имитировали реальные текстуры: в «Заметках» была бумага, кнопки блестели, как металл. Это потому что управление стало пальцами — хочется подсунуть под них что-то осязаемое. Мне это безумно нравилось: я в интерфейсах мог часами вырисовывать блики, потертости, плевать на дедлайны.
А потом, в 2012–2013, уже без Джобса, Джонатан Айв сказал: «Хватит подражать природе, да здравствует флэт». Обновилась iOS, и вместо красивых кнопок стали просто плоские фигуры. Для тех, кто любил скевоморфизм, это была трагедия. Мои умения стали немодными, пришлось переучиваться на скучные плоские вещи.
Вы сейчас работаете в коммуникационном дизайне. Давайте начнем с того, что это вообще такое.
Коммуникационный дизайн — это когда дизайнеру нужно не просто нарисовать красиво, а донести идею, причем так, чтобы ее поняли правильно. Это может быть упаковка: например, пельмени. Одна пачка должна издалека кричать «Эй, мы дешевые, купи нас!», а другая — встать в позу «Мы премиальные, мы дорогие». Это коммуникация через упаковку. Или навигация в аэропорту: нужно донести, что гейты туда, регистрация сюда. Или презентация, где в распоряжении только изображение.
Коммуникационный дизайн окружает нас со всех сторон. Почти всё на нас пытается воздействовать и донести какую-то мысль.
Как он связан с UX и UI?
UX и UI пересекаются с коммуникационным дизайном, но если там мы доносим мысль, то тут проектируем взаимодействие. UX решает, где будут кнопки, будет ли это кнопка или свайпер, или шторка. UI решает, как они будут выглядеть: зеленые, синие, красные. Если в авиастроении: UX решает, пилот будет управлять штурвалом или джойстиком, а UI решает, джойстик будет обшит алькантарой, замшей или кожей.
Сейчас многие UX/UI-задачи уже решены: почти всё оцифровано, есть готовые решения. Можно взять Тинькофф, стырить идею у Сбера, перемешать, приправить своим брендовым соусом — и получишь свое предложение. У нас есть суп из готовых, обкатанных решений. А когда я начинал, это было непаханое поле, чистый лист. Мы блуждали в темноте, как котята, тыкались носом во все варианты.
Я работал над приложением вызова такси. Сейчас все привыкли к «Яндекс Go», Uber, Gett. А тогда ничего этого не было. Мы начинали одновременно с «Яндексом». Как человеку вызвать такси? У него должна быть карта? Он должен адрес вводить? Карту двигать ручками или тыкать пальцем в дом? Решений масса, и далеко не все они однозначны.
Сейчас все такси-приложения как две капли воды похожи. А когда-то «Яндекс» не был похож на Uber, Uber не был похож на Gett. Мы все, дизайнеры, занимались поиском решений. Разумеется, подглядывали друг за другом нещадно. Релизы выпускали часто, нужно было бежать изо всех сил, чтобы оставаться на месте, как в «Алисе». Если у кого-то появлялась удачная вещь, через неделю она была у всех.
Как он связан с UX и UI?
UX и UI пересекаются с коммуникационным дизайном, но если там мы доносим мысль, то тут проектируем взаимодействие. UX решает, где будут кнопки, будет ли это кнопка или свайпер, или шторка. UI решает, как они будут выглядеть: зеленые, синие, красные. Если в авиастроении: UX решает, пилот будет управлять штурвалом или джойстиком, а UI решает, джойстик будет обшит алькантарой, замшей или кожей.
Сейчас многие UX/UI-задачи уже решены: почти всё оцифровано, есть готовые решения. Можно взять Тинькофф, стырить идею у Сбера, перемешать, приправить своим брендовым соусом — и получишь свое предложение. У нас есть суп из готовых, обкатанных решений. А когда я начинал, это было непаханое поле, чистый лист. Мы блуждали в темноте, как котята, тыкались носом во все варианты.
Я работал над приложением вызова такси. Сейчас все привыкли к «Яндекс Go», Uber, Gett. А тогда ничего этого не было. Мы начинали одновременно с «Яндексом». Как человеку вызвать такси? У него должна быть карта? Он должен адрес вводить? Карту двигать ручками или тыкать пальцем в дом? Решений масса, и далеко не все они однозначны.
Сейчас все такси-приложения как две капли воды похожи. А когда-то «Яндекс» не был похож на Uber, Uber не был похож на Gett. Мы все, дизайнеры, занимались поиском решений. Разумеется, подглядывали друг за другом нещадно. Релизы выпускали часто, нужно было бежать изо всех сил, чтобы оставаться на месте, как в «Алисе». Если у кого-то появлялась удачная вещь, через неделю она была у всех.
А как вы попали в коммуникационный дизайн?
Это не смена ниши, это возвращение в родные пенаты. Я бродил из стартапа в стартап, пока очередной не закрылся. Наступил ковид, какой-то всеобщий кризис. Я полгода искал нормальную работу. И опять же через word of mouth — кто-то кому-то сказал, мне написали, позвонили. С начала ковида и по сей день работаю в американском издательстве Pinnacle Publishing.
Там есть своя специфика?
Да. Когда я проходил онбординг, я не мог понять, почему мои предложения встречают без энтузиазма. Я всегда был сторонником швейцарского стиля: минимализм, пара ярких деталей, много свободного пространства. Я предлагаю три варианта: один офигенный, второй более-менее, третий — чтобы было нечетное число, как с букетом. А американские клиенты выбирают тот вариант, который я дал «на добивку», и просят доработать.
В какой-то момент я понял: американцам этот свисс-стайл с его утонченностью не нужен. Как американская кухня в сравнении с французской. Во французской акцент на нюансах, оттенках, смыслах. А в американской — вот мясо, сверху слои картошки, всё залито соусом, чтобы было видно, где еда, и чтобы все идеи были прямо в лоб, straight forward.
Сперва это была битва с самим собой. Я хотел сделать потоньше, побольше дизайна. А им нужно: «Поменьше дизайна как дизайна, побольше коммуникации». Говори прямо в лоб: у нас всё дешево, у нас всего много. Трехфутовыми буквами, цветом, чтоб вырви глаз. Если вопить о себе, то во весь голос.
Расскажите подробнее о компании, в которой вы сейчас работаете. Что вы там делаете?
Компания называется Pinnacle Publishing. Это зонтичный бренд, который скупает полувыживающие компании, вливает в них свежую кровь и выпускает уже как часть себя. При этом купленный бренд не растворяется, он сохраняет свое имя и легенду. Моя задача — сделать для него подходящую современную обертку: новый логотип, фирменный стиль, презентационные материалы. Вывести в свет со всем причитающимся приданым.
С кем вы работаете? Команда большая?
Команда небольшая. С моей стороны несколько человек, которые ставят задачу: CEO, коммерческий директор и еще пара. С руководством покупаемых компаний я не общаюсь — у меня общий язык с теми, кто уже давно внутри. Мне не нужен переводчик смыслов, эту задачу берут на себя другие. Дальше есть команда исполнителей: фронтенд, ребята, которые занимаются печатной продукцией, и те, кто по моим шаблонам наполняют инфопродукты реальным содержанием.
Что важно знать про коммуникационный дизайн тем, кто работает с вами, — тому же UX/UI-дизайнеру?
Самый зависимый от коммуникационного дизайнера человек — это UX/UI-дизайнер. Если только это не одно и то же лицо, как было в моих стартапах.
Коммуникационному дизайнеру важно донести до UX/UI-дизайнера смысл, чтобы не расплескать визуальные ценности бренда: не только шрифты и цветовую гамму, но и общее настроение. Пример из смежной области — нейминг. Сбер сделал платежную систему, когда можно приложить телефон к считывателю. Можно назвать основательно: «Национальная система мгновенных платежей». А они назвали «Вжух». Это очень смелый шаг. Сразу понятно: дико дружелюбная, быстрая, ироничная штука. На этой легенде уже делались анимации с волшебной палочкой. Это придумали коммуникационные дизайнеры, а UX/UI должны донести эту идею в интерфейсе.
При этом коммуникационный дизайнер должен знать ограничения UX/UI. Не всё можно сделать так, как хочется. Захочешь какую-нибудь анимашку, а UX/UI-дизайнер скажет: «Нет, чувак, здесь не катит, клиент должен ткнуть вот сюда, а не твою анимашку смотреть». Хорошо, когда или коммуникационщик в прошлом UX/UI-щик, или наоборот. А лучше всего — когда это один и тот же человек.
Как учиться новому спустя столько лет в профессии? Когда всё понятно, как развиваться?
Лично для меня — только переходить в другое. Я бы с огромным удовольствием вернулся в UX/UI на пять лет, а потом назад. Но столько не прожить. Для меня это смена деятельности или радикальная смена заказчика. Например, из своей области уйти в медицину, или в навигационный дизайн — проектировать схемы в аэропортах или карты метро, если оставаться в рамках коммуникации.
А запал на это есть?
Иногда есть. А иногда просыпаешься и думаешь: ой, тут так хорошо. Знаете, среди фрилансеров есть миф: «Как классно работать с ноутбуком на пляже в Гоа». Потом оказываешься на пляже и понимаешь, что солнце слепит, экран плохо видно, клавиатуру песком засыпает. А в домашнем офисе, с моим креслом, двумя огромными мониторами, и котик может прийти лечь на колени — было так классно.
Вот и здесь: вроде тянет на пляж в Гоа, а потом трезво взглядываешь на вещи. От добра добра не ищут, тем более если тебе сильно за 50 — менее мобильным становишься. Поэтому пока работается здесь, буду работать здесь.
Не могу обойтись без вопроса про AI. Как относитесь? Насколько он важен и нужен? Это угроза или инструмент?
Год назад относился с неприязнью. Все начали лепить нейрослопы везде, это выглядело неаккуратно, узнаваемо: «очередная аишка, эту модель я видел уже миллиард раз».
Сейчас пользуюсь каждый день. Он стал офигенным инструментом для генерации, заменил мне фотостоки почти на 90%. Мне проще написать промпт и через 20 секунд получить то, что я хотел, чем 15 минут рыть стоки, чтобы потом покупать за деньги иллюстрацию, которую всё равно придется допиливать в фотошопе.
Угроза ли? С одной стороны, да, с другой — нет. Безусловно, угроза для масс-продакшена. Стокеры страдают, их уже заменяет AI. Будут страдать не сильно талантливые дизайнеры, которые удовлетворяют потребности не сильно требовательных клиентов.
Те, кто производит уникальный контент, или кому нужен уникальный контент, получают офигенный инструмент.
Опытного дизайнера с насмотренностью, со знанием того, что ему нужно, с дотошным детальным знанием — его AI в ближайшие годы не заменит.
“Mellow's most significant advantages are fast onboarding, quality support at all stages, and a user-friendly interface. Cryptocurrency is set to continue rising in popularity as a preferred payment method, and here are five reasons why”.
