Последствия затронут и компании, работающие с исполнителями из РФ и СНГ, так как европейскому и американскому бизнесу теперь запрещено взаимодействовать с российской системой платежных карт. Санкционный список российских банков также пополнился новыми названиями. При этом подрядчики за пределами Великобритании, США и ЕС не защищают от ответственности — по закону компания, которая заключает сделку или совершает платеж, должна провести предварительную проверку всей цепочки контрагентов и транзакций.
Разбираемся во всем по порядку.
19-й пакет расширяет санкции сразу по нескольким направлениям: ограничения усилили в энергетике, финансовом секторе и оборонных технологиях, а в санкционный список добавили ещё 69 человек и ряд компаний. Дополнительно ЕС ввел меры против Беларуси, которую считает вовлеченной в поддержку российской политики, и сфокусировался на перекрытии обходных схем.
В итоге пакет стал одним из самых объемных: он затрагивает энергоэкспорт, платежные системы, банки, криптовалютные сервисы и логистику. Для многих участников международных цепочек это означает пересмотр рабочих процессов, а для физлиц — новые сложности с зарубежными транзакциями и обслуживанием счетов.
Финансовая часть 19-го пакета стала одной из самых жестких. ЕС фактически минимизировал способы платить владельцам карт и счетов в банках, работающих на территории России и Беларуси. Криптовалютные сервисы также попали под новые ограничения.
В итоге новый пакет заметно осложнил любые операции, связанные с трансграничными платежами в РФ и РБ.
ЕС запретил европейским компаниям работать с российской платежной инфраструктурой. Под ограничения попало взаимодействие с Национальной системой платёжных карт (НСПК) — оператором карт Visa, Mastercard и «Мир», а также системы быстрых платежей. Это означает, что бизнесу из ЕС, США и Великобритании больше нельзя касаться операций, связанных с НСПК — за нарушение предусмотрена серьезная ответственность.
Усилилось давление на криптосектор, который в последнее время всё чаще использовался для обхода санкций. Главный пункт — запрет на операции со стейблкоином A7A5, созданным при поддержке российского государства. Под санкции попали разработчик токена, киргизский эмитент и площадка, через которую проходили значительные объемы торгов.
Теперь в ЕС запрещены любые транзакции с участием A7A5, а также оказание криптосервисов российским физическим и юридическим лицам: нельзя выпускать электронные деньги, инициировать платежи, заниматься эквайрингом или предоставлять услуги, связанные с криптоактивами.
{{_highlight-module-grey--1}}
Под санкции закономерно попали российские финансовые организации. В новый список вошли МТС-Банк, Альфа-Банк, Земский банк, «Абсолют» и НПО «Истина». Подобные меры применили и к ряду банков из Беларуси и Казахстана, которые были связаны с российскими системами передачи финансовых сообщений и помогали поддерживать расчеты.
Отдельный блок ограничений касается иностранных банков, через которые проходили российские платежи. ЕС запретил транзакции для восьми организаций из Таджикистана, Кыргызстана, ОАЭ и Гонконга, считая, что именно они обеспечивали обходные каналы. В результате международные финансовые маршруты для российских операций заметно сузились, а доступ к альтернативным схемам стал гораздо сложнее.
{{_highlight-module-grey--2}}
Ошибочно считать, что санкции действуют только внутри ЕС, США или Великобритании. На практике всё сложнее. Ограничения распространяются на любые сделки и операции, у которых есть так называемая «связь» с этими юрисдикциями. И трактуется она максимально широко.
К такой связи относятся, например:
Даже если компания формально зарегистрирована за пределами ЕС, США и Великобритании, этого достаточно, чтобы операция подпала под санкционное регулирование.
Отдельно в регламентах подчеркивается: если резиденты ЕС, США или Великобритании осознанно допускают нарушение санкций через дочерние компании или иностранных партнеров, ответственность ложится именно на них. То же самое касается ситуаций, когда бизнес выстраивает процессы так, чтобы запрещенные действия формально выполнялись чужими руками. Такой подход считается обходом санкций.
{{_highlight-module-grey--3}}
Именно поэтому санкционное право делает акцент не только на запретах, но и на обязанностях бизнеса. Компания, которая заключает сделку или инициирует платеж, должна заранее проверить, не приведет ли операция к нарушению санкций. Это требование прямо закреплено, в частности, в Article 12 Regulation No 833/2014.
Регуляторы ожидают, что бизнес будет анализировать документацию по сделке, экономические основания платежей, структуру денежных потоков, маршрут перевода средств и всех участников цепочки. Проверке подлежат не только прямые контрагенты, но и посредники: банки, платежные сервисы, агентские структуры.
Если посредник нарушает санкции, ответственность может лечь и на компанию, которая с ним работала. Более того, если такой посредник находится вне ЕС, США или Великобритании и не имеет там активов, регулятору зачастую проще начать дело именно против инициатора сделки. Цена ошибки здесь высокая: блокировка счетов, штрафы, рассчитываемые от оборота, потеря резидентского статуса, а в отдельных случаях — уголовное преследование.
Сегодня формального соответствия уже недостаточно. Бизнесу важно доказать, что он предпринял все разумные меры для соблюдения санкционного законодательства.
Новые ограничения заметно усложнили расчеты с исполнителями из России и Беларуси: привычные банковские маршруты больше не работают, а взаимодействие с российской платежной инфраструктурой для европейских компаний теперь прямо запрещено. Это означает, что бизнесу нужно сосредоточиться на на поиске «обходных путей», а заново выстраивать процессы — так, чтобы они соответствовали санкционному праву ЕС, США и Великобритании.
С точки зрения санкционного регулирования допустимым остается сценарий, при котором средства выводятся в разрешенные юрисдикции, не попадающие под прямые ограничения. При этом важно, чтобы компания из ЕС, США или Великобритании на своей стороне не взаимодействовала с НСПК и не участвовала в операциях, которые могут быть квалифицированы как обход санкций.
В новых условиях главная задача платежного сервиса — выстроить процесс так, чтобы европейская сторона не взаимодействовала с подсанкционной инфраструктурой. Для этого средства доводятся до платежных инструментов в юрисдикциях стран СНГ, не связанных с НСПК, например в Таджикистане. Дальнейшее использование средств происходит уже за пределами российской платежной системы.
Mellow отвечает за ту часть цепочки, которая находится в рамках действующих правил. Сервис не участвует в операциях внутри российской карточной инфраструктуры и не задействует схемы, которые могут быть квалифицированы как обход санкций. Для работы используется ограниченный список банков и партнеров, отобранных с учетом санкционных требований.
Законодательство ЕС требует от компаний проверять контрагентов и маршруты транзакций заранее. Это прописано в регламенте 833/2014, где указаны минимальные требования к проверке документов, цепочек платежей и логистики. Если посредник нарушает санкционные правила, ответственность может лечь и на заказчика — регулятор ожидает, что компании проверяют каждого участника цепочки.
Цена ошибки может быть высокой: штрафы, блокировка активов, закрытие доступа к финансовым инструментам, а в отдельных случаях — уголовное преследование. Особенно уязвимы компании, работающие через партнеров за пределами ЕС или США: у регуляторов часто нет прямых рычагов влияния на посредников, поэтому претензии могут быть предъявлены тем, кто инициировал операцию.
Хотя новый пакет стал одним из самых масштабных, европейские власти пока снижают темп. По данным Politico, работа над следующими ограничениями не является первоочередной задачей — обсуждение продолжится в январе. Тем не менее большинство аналитиков ожидают, что давление на российский финансовый и энергетический сектор будет сохраняться.
В будущем акцент может сместиться в сторону сырьевых товаров и логистики. Среди возможных мер обсуждают запрет экспорта натурального каучука, дополнительные ограничения на нефтепродукты и расширение контроля за транзакциями с банками из третьих стран. ЕС будет усиливать надзор за схемами обхода.
19-й пакет стал поворотным: впервые под ограничения попали национальные платежные системы и криптоактивы, что показывает намерение ЕС давить прежде всего на финансовую инфраструктуру. Такой шаг формирует основу для следующего этапа — более точечных мер, нацеленных на доходные отрасли и обходные маршруты. 20-й пакет санкций ЕС уже готов и скоро будет анонсирован.
.svg)
“Mellow's most significant advantages are fast onboarding, quality support at all stages, and a user-friendly interface. Cryptocurrency is set to continue rising in popularity as a preferred payment method, and here are five reasons why”.
С 25 января 2026 года вступает в силу еще одно ограничение: европейским компаниям запрещено подключаться к системам Центрального банка РФ или к любым другим платформам, которые обеспечивают передачу финансовых сообщений.
С января 2026 года привычные способы международных платежей перестанут работать — банки закроют эти направления. Искать обходные пути также станет опасно: такие операции будут приводить к блокировке счетов и отказам в обслуживании.
В документах ЕС отдельно указано, что компаниям запрещено участвовать в деятельности, результатом которой становится обход ограничений. Даже если у компании не было прямой цели нарушить правила, но она понимала риски и сознательно их допускала, это тоже считается нарушением.
